Когда русский человек уходил из мира, шел путем подвижничества и достигал святости, он не мог уже писать, не мог творить произведений, объективирующих его духовный опыт. Он сам становился совершенным произведением, продуктом Божьего художества.
Русская святость, русское мистическое созерцание тайн Божьего мира не становились явлением мировой культуры, как на Западе, в католичестве... Русская святость, святость Серафима Саровского, жившего уже в ХIХ веке, не была силой христианства, действующей в культуре. Духовная жизнь оставалась сосредоточенной внутри, в глубине, и все выраженное и уловимое для внешних людей, для людей светской культуры, с трудом воспринималось в той значительности, которую эта духовная жизнь имела в себе.
Бердяев Н. А. Русская религиозная идея // В сборнике: «Проблемы русского религиозного сознания». Берлин, 1924, С. 67-68.
